Суббота, 04.12.2021, 01:53

Главная

Мой профиль
Регистрация
Выход
Вход

ГИЛЬДИЯ ПОПРОШАЕК

Приветствую Вас Онаним | RSS
 
МЫ ПЕРВАЯ МЕЖРЕАЛМОВАЯ и МЕЖФРАКЦИОННАЯ ГИЛЬДИЯ RuWOWa.
МЫ ИМБА-ТОП-ГОП ГИЛЬДИЯ! НАС уже 2000! МЫ ТОПНУЛИ, ВЫ ЛОПНУЛИ!     
 
[Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум » ЖИЗНЬ ГИЛЬДИИ » RP: ЭВЕНТЫ » "Неправильный Рейд" (Автор: portishead)
"Неправильный Рейд"
TrontiДата: Среда, 04.05.2011, 22:56 | Сообщение # 1
КАЗНАЧЕЙ
Группа: АДМИНИСТРАТОРЫ ГИ Попрошаек
Сообщений: 424
Репутация: 18
Статус: Offline
Неправильный рейд.

1. Непревзойденный рыболов.

- Я должен вас предупредить, что болезнь на достаточно запущенной стадии, - главврач говорил с родителями медленно и аккуратно.
Мамины глаза блестели.
- Мы поздно заметили, - после паузы вздохнул отец.
- Что ж, - перебирая пальцы, ответил врач, - мы постараемся сделать все возможное. Лечение требует времени, но все не так страшно. В нашей клинике вылечивали даже самых безнадежных.

* * *

Я знала, что меня ведут в столовую. Спертый воздух коридоров пропитался подгоревшими котлетами и прогорклым маслом. Все помещения больницы – коридоры, комнаты, ванные – были выкрашены одним и тем же депрессивно-холодным цветом.
- Цвет морской волны, - пробубнил санитар, заметив, что я пялюсь на стены.
Бедняга, он море-то хоть видел?
Сверху на штиль больничных волн напирала кривая побелка, будто бы снег шел. Суровый пейзаж - зима на больничном взморье.
А я море еще увижу?

К моему удивлению столовая была выкрашена в персиковые тона, а за теплого цвета занавесками почти не было видно решеток.
Народу было много. Нечесаные и заспанные парни кривой змейкой стояли возле низкого окошка в углу. Из окошка то и дело появлялся половник с бледной овсянкой. Очередь безропотно подставляла подносы. Дальше был железный лоток с вареными яйцами, корзинки с нарезным ржаным хлебом и маленький чайник. Он часто заканчивался, и когда нерасторопные работники столовой уходили за следующей порцией, очередь останавливались и, казалось, впадала в кому.
Я шумно потянула носом. Подтверждались худшие опасения. Если в чайнике и было кофе, то жутко разбавленное. Оно не имело никакого запаха.
- Здесь мы завтракаем, - прогундосил возле уха санитар.
- Спасибо, кэп, - ответила я на автомате.
Страж в белом халате покосился на меня.
- Ничего, - хмыкнул он. – Скоро твой сарказм как рукой снимет.
Аппетит, который смог выжить после коридорных ароматов, исчез окончательно. Я знала, что санитар прав. Скоро я буду так же беззаботно улыбаться, как нуб первого левела, у которого впервые прогрузились яркие текстуры неизведанного мира.

* * *

Меня пытали. Щекоткой. И самое страшное - я не могла смеяться. Дьявольские пальчики скакали по моим ребрам и пяткам, мягкие перья лезли даже в уши. А я не могла даже извернуться от них или захохотать, наконец, в полный голос. Вместо меня лежала мумия. И, наверное, с таким каменным выражением на лице, как у почетного караула на Красной Площади.
Мне потом объяснили, что так происходит первое отлучение. Вот такой странный побочный эффект у препаратов. Ты или хохочешь, что дурной, или рыдаешь.
Когда пытка кончилась, чьи-то грубые холодные пальцы оголили мою правую руку по локоть. Резинка сжала предплечье. На белом пятне с холодными пальцами зрение фокусироваться не хотело.
Видимо, ниточки моих тонких вен так и не проступили. Пятно обошло меня, и резинка стянула левую руку.
- Эй! – закричала я. – А правую-то не развязали!
Но меня не слышали. В другой раз это казалось бы забавным, что изнутри я беснуюсь, а снаружи остаюсь спокойной. Но не сейчас. Интересно, сколько продлиться это раздвоение личности? И не страдала ли тем же коматозная очередь в столовой?
Пятно склонилось над левым локтем, подуло и постучало.
- О! – изрекла снежинка, но мужской это был голос или женский, я так и не поняла.
- Что «О»?! – бесновалась я. – Руку-то мою развяжите!!
Я переставала чувствовать пальцы на правой руке. Один за другим исчезали в никуда пальцы, к которым я в общем-то привыкла.
Волна дистиллированного жара хлынула по вене левой руки.
- Ёшкин кот!!
В сравнении с жаром дальнейшая жизнь без пяти пальцев казалась меньшим горем.
- Ой, - спохватилось пятно.
Кровь с радостью хлынула в руку, и в пальцы впились миллиарды иголочек. Я была готова пожалеть о возвращении дееспособности правой руки. Огонь добрался до плеча. Я лишь успела сделать глубокий вздох.
Жар плотным шарфом стянул горло и хлынул прямо в мозг.
«Выжигают центр удовольствия».
Река лавы несла меня по черным, каменным коридорам. Перед падением с огненного водопада я успела заметить летающего черного дракона и каменные изваяния.
«Все не выжгут!», - удалось выкрикнуть мне перед падением в горящую темноту.

* * *

Очнувшись, я обнаружила себя в очереди за завтраком. Я покосилась в окно. Было темно и сыро, барабанил дождь. А значит, хоть один день, но прошел. Я пропустила обед и ужин? Или здесь, как на курорте, включен только завтрак?
Кофе было действительно отвратительным. Несколько катышек растворимого на литр воды, но хотя бы горячим. Овсянка была до безобразия холодной. Съедобным был только хлеб, яиц сегодня не было. Завтрак явно не пользовался популярностью, а значит, повара с легкостью могли раздавать одну и ту же кашу неделями. Сомневаюсь, что кто-то заметил бы разницу.
Парни рассаживались за длинные столы. Я одна топталась с подносом в проходе. Очередь позади меня стала нервничать. Если это можно было назвать нервами. Один за другим они шумно и глубоко вздыхали. Лишь один из них, демонстративно закатив глаза, прошел мимо.
Я юркнула в угол, проклиная вызванную препаратами медлительность. Вокруг меня, отрешенно глядя в тарелки, сидели порядка тридцати парней. Я была единственной девушкой и, конечно, родители ни секунды не переживали за честь дочери. Отлучение действовало прекрасно, многие не то чтобы играть не хотели, им и жить уже надоело.
К сожалению, и этот день для меня очень быстро кончился. После завтрака нам раздали пластиковые стаканчики с пилюлями. С большим трудом я все-таки дошла до своих апартаментов.
Сквозь туман памяти всплыли слова санитара: «Здесь мы завтракаем».
Хочу попасть на ужин, черт возьми!...

* * *

Дни тянулись от завтрака к завтраку. На заспанные физиономии смотреть не хотелось. Еще хуже становилось при мысли, что сама выгляжу так же.
В этот день на завтрак была гречка, а к кофе нашлись даже пара пакетов молока. Подозрения стали закрадываться после того, как нам не выдали стаканчики с дозой.
И действительно, после завтрака стали приезжать родители. Конечно, они не должны были видеть зомби вместо любимых чад. Плевать, что чада находились здесь не по собственной воле.
- Это тебе же во благо, - рыдала чья-то мать, повиснув на шее сына. Сын косился на залитое дождем окно, иногда кивал.
Моих не было. Входные двери по случаю не были заперты, и, несмотря на слякоть, я решилась на прогулку. Оказалось, что не я одна бесцельно шаталась по лужам. Многие, не поднимая глаз, ходили кругами по узким дорожкам. Говорить не хотелось. На цветных лошадках с невообразимой для детской карусели скорости вокруг меня кружила моя же память.
Я остановилась возле мокрой скамьи, пытаясь сдержать тошноту из-за головокружения. Заметила сидящего на скамье парня.
- На чем сидела? – хрипло спросил парень, не глядя в мою сторону.
- Варкрафт.
- Эльф 80-того уровня, - кивнул он.
- А сам?
- Такой же задрот. Ох, извини…
Он успел отбежать к кусту, где его вырвало. Я собрала все силы в кулак. Бледный, он сел обратно.
- На чем попался? – спросила я после некоторого молчания.
- Получил все достижения.
- Все? – изумилась я.
- Даже редких рыб выловил… По нескольку раз. А ты?
- Тоже рыбалка, - вздохнув, ответила я. – Черт возьми, а где ты нашел тухлую блестящую рыбку? Я…
Мой голос сорвался.
Для получения достижения мне не хватало только этой рыбки. Целую неделю я сидела перед монитором, не отрывая глаз от подрагивающего поплавка. Только еженедельное техническое обслуживание помогло родителям уложить меня, неспособную сопротивляться. Медики из скорой поставили мне какую-то питательную капельницу и провели серьезную беседу с родителями. Все бы ничего, но скорую вызывали еженедельно. В дни техобслуживания. Тот день был последней каплей, и родители решились на клинику, где лечили таких, как я, от зависимости к онлайн-играм.
- У меня был специальный ритуал перед тем, как я садился рыбачить. Извини, - сухо продолжал он, - но я очень суеверен и потому не буду рассказывать тебе, что именно я делал.
- Что? – растерялась я. – Даже сейчас? Посмотри вокруг, если еще не понял. Ты к компьютеру близко не подойдешь. Если вообще выйдешь отсюда.
Его лицо было непроницаемо.
- Да пошел ты…
Он остался сидеть под дождем. Потом в столовой – а в день открытых дверей у нас все же был ужин, - я пыталась найти его среди других, но так и не вспомнила, как он выглядел.

2. Поиск спутников.

Череда безликих дней прервалась визитом санитара.
- Переводят! – рявкнул он.
- Куда?
- Во второй корпус. Давай живее!
Почему-то в больнице, выстроенной буквой П, первая палочка считалась вторым корпусом, а вторая – наоборот, первым. До этого я была в первом и даже не думала, что они могут чем-то отличаться - два серых, монолитных куска с решетками на окнах. Оказалось, если отлучение проходило благоприятно, то с тяжелых лекарств первого корпуса тебя переводили на тяжелые разговоры и групповые терапии второго.
На лицах жителей второго корпуса проскальзывал интерес, некоторые парни даже провожали взглядом, отчего хотелось потянуть санитара за руку и сказать: «Дяденька, можно мне обратно?». Слышны были тихие разговоры и даже смех. В какой-то момент подумалось, что не такое уж и трудное было лечение, скоро домой и опять за рыбалку. Но только в психбольнице – где корпуса нумеруются задом наперед, - в шаге от свободы понимаешь, как ты на самом деле далек от нее. Во втором корпусе лечение тянулось месяцами.

Проницательные психотерапевты следили за тобой и днем, и ночью. Даже когда подопечный скакал под потолком, доктор мог и слова не вымолвить. Только записывал все в блокнотик. Для графомании всегда находился повод. Вышедший из спячки первого корпуса организм не оставался в долгу – он выдавал фокусы на каждом шагу и вообще был только рад вниманию.
Пишущие доктора каждодневно менялись. Самым опасным был главврач – бальзам родительских сердец – Илья Валерьевич Сухой. Низенький и лысеющий, в распахнутом халате и в подтяжках, которые, казалось, настолько сильно стягивали его, что он ходил вприсядку, Илья Валерьевич не имел ничего общего с прототипом и кличкой, которую ему дали пациенты. Но воспаленный ум геймера не вдавался в детали внешнего вида, ему достаточно было одного только имени главврача, чтобы залиться смехом. Так, кандидат наук и уважаемый в медицинском сообществе человек, стал Иллиданом Яростью Бури, а клиника не иначе, как Черным Храмом или коротко БТ – сокращением от английской версии – не звалась.

После фокусов неподвластного тебе организма, тебя уводили в синглу (от гостиничных single-room). Звать их русскими «одиночками» у меня язык не поворачивался. Проживание в первом корпусе и включенного завтрака вполне походило на туристический пакет, пусть и немного странный. Ощущение отпуска не покидало меня и во втором корпусе. Только страшно было даже представить, каким по здешним меркам мог быть all-inclusive. Во втором корпусе мы жили в double-room – с соседом – и даже случайное повторение двоек возбужденному разуму казалось зловещим.

Другим врачом, способным надолго предопределить твою судьбу, – была «главная по отделению психологических расстройств, связанных с чрезмерным злоупотреблением компьютерных технологий, доктор психоневрологии К. Р. Шахназарова», как гласила табличка на ее двери. К. Р. Шахназарова еще в детстве проглотила металлический штырь, на котором держится человеческий скелет в кабинете биологии, и потому всю жизнь ходила прямо и не сгибаясь. Со временем остов разработали, и бедная девочка смогла сидеть, но не долго. Доктор психоневрологии, как заводная и с визгом, носилась по больнице, бурной жестикуляцией выражая свое постоянное недовольство. А еще К. Р. Шахназаровой подчинялись медсестры, а некоторые, возможно, даже поклонялись. Все это, вместе взятое, предопределило ее кличку – Матушка Шахраз.

Вместе они вышагивали по коридорам Черного Храма, – одна высокая и тонкая, другой вдвое ниже нее, похожий скорее на гоблина, чем на рослого эльфа, - нагоняя ужас на случайно забредших искателей приключений.

* * *

Я долго вглядывалась в свою соседку по комнате, не понимая, кого же она мне напоминает. В девушке ничего не было примечательного – застывшие, как холодец, глаза, темный ежик на голове, невыразительная мальчишечья фигура. Ее даже скучно было разглядывать. Взгляд неминуемо отправлялся на поиски чего-то более интересного, пусть это и была унылая осень за окном.

Соседка читала книгу, я делала вид, что тоже, поверх страниц наблюдая за ней. Битый час не сводила я глаз с бедной девушки, и навязчивая идея пристала хуже жевательной резинки. Но какая-то деталь по-прежнему от меня ускользала. Одно я чувствовала точно – «сидела» она не из-за Варкрафта.
Отставив книгу в сторону, девушка прошла в уборную. Затем долго мыла руки и, взяв в руки салфетку, стала протирать зеркало в общей комнате. Ну, думаю, хоть аккуратная досталась. Она, несомненно, чувствовала на себе мой тяжелый взгляд, но это не мешало ей кривляться и строить рожи собственному отражению. Прекратив дурачиться, с совершенно спокойным видом она стала зачитывать в слух и с выражением матерные стишки. В довершении ко всему под моим ошалевшим взглядом она вновь взялась за книгу.

Не хотелось верить, что я действительно нахожусь среди психов. Идею расколоть девчонку я не бросила. Надо сказать, что мысль просто поговорить с ней, в моем распаленном лекарствами разуме даже не возникла. Мне интересней было играть в шпиона-невидимку. Соседку мое странное поведение так же не смущало. В трех метрах от меня, на противоположной кровати, она умудрялась существовать в параллельном мире. Через час в той же последовательности она повторила свои действия. И на меня снизошло озарение.

С тех пор я стала звать ее Симкой.

* * *

Коридоры палат вели в холл, в котором мы проводили значительную часть свободного времени. К слову, все несвободное время мы проводили там же. Но в свободное время можно было молчать.

Групповые терапии были настоящим испытанием, потому что набитый ватой разум заставляли отвечать на логические, по мнению врача, вопросы. Три часа – один до обеда и два перед ужином – в окружении одних и тех же лиц, мы разбирали, почему компьютерные игры это плохо. Все причины и следствия были давным-давно перемыты и выявлены. Рты десяти пациентов, как у кукол на шарнирах, сами раскрывались в нужный момент и выдавали необходимый врачу текст.
Догадка на счет моей соседки была верна – она заигралась в Sims настолько, что стала копировать их манеру поведения. Двухчасовая терапия давалась ей очень тяжело. Она то и дело просила хотя бы книгу, чтобы поднять свой уровень развлечения, иначе она прямо здесь умрет со скуки.

Если пациент упорно молчал, его не трогали. Пытались, конечно, растормошить вопросами, но, в конце концов, оставляли в покое. Я продержалась всего лишь неделю. Мое отшельничество закончилось, когда со стороны палат раздался крик:
- Рейд на Иллидана! ГС не важен, ДПСа хватит! Инвайт всех!
Топот прибежавших санитаров заглушил остальные выкрики, но восемь из десяти пациентов, в том числе и я, повскакали со своих мест. Спокойными остались только Симка и парень, медленно протиравший листья огромного фикуса.
- Долго он в этот раз продержался, - хмыкнула Симка.
Странно, но именно это было первым разом, когда я заговорила со своей соседкой:
- Кто он такой? – вырвалось у меня, и я услышала, как скрипнула ручка матушки Шахраз.
Конечно, она была рядом. Мой вопрос она слышала, и значит, я «раскололась». Сегодняшняя терапия будет посвящена моей исповеди – что я сделала неправильно и почему оказалась здесь. Не сводя с меня глаз, Шахраз барабанила ручкой по исписанным страницам блокнота.
Я сорвалась с места и побежала в сторону затихающих криков.
- Инвайт! – заорала я. – Ачивка есть. ДД!
Дверь крайней комнаты была распахнута. Два санитара заламывали руки буйному парню. Он был рослый, с широкими плечами и не походил на рядового худосочного геймера, какими здесь были большинство. Санитарам удалось повалить его на пол. Извернувшись, парень заметил меня.
Каким-то образом неудачному рейдлидеру удалось освободить одну руку и метнуть в мою сторону тапок со словами:
- Кидаю инвайт, выходи из группы!

В тот день я больше не говорила. Даже когда обмякшего после укола парня волокли по коридору и когда на терапии Шахраз пытала меня вопросами. Если первую неделю я молчала специально, то этот случай погрузил меня в вакуум шока. Почти неделю я не выпускала из рук синий тапок 44-го размера, и пустой разум жгла одна-единственная мысль: «Теперь я в рейде».

3. Любовная лихорадка.

Я вела себя так же образцово, как морковь на свежевскопанной грядке – не буянила, не ругалась с капустой и не прыгала на грядке после отбоя. Но не только это породнило нас с богатым каротином овощем. Моя кожа была оранжевой.
Нельзя было медлить, и за образцовое поведение овоща-переростка меня наградили отменой всех прописанных лекарств. Мне больше не грозило стать жертвой кролика-маньяка.

Сначала моя кожа приобрела нормальный, подобающий человеку цвет, а затем наступила полная и безоговорочная свобода разума. Впервые цепочка безликих и бессмысленных дней прервалась. Ко мне стали возвращаться ощущения.

Первым окреп интерес к моему окружению. Жажда, аппетит и естественная нужда меркли в сравнении с желанием срочно налаживать хоть какие-то контакты в этом странном и нездоровом социуме.
- Добро утро, - как ни в чем не бывало, однажды сказала я Симке. Будто это не я, а кто-то другой, немой и глухой, все это время жил с ней в одной комнате.
- Доброе! – весело отозвалась девушка. – Как думаешь, мне идет? Знаю, он не заметит, но вдруг?
Не знаю, как кто-то смог бы не заметить этого. В руках Симка вертела пушистую розовую кофточку, украшенную блестящими связанными розами. Я медлила с ответом, размышляя, вернулась ли ко мне жизненно необходимая способность – лгать с самым невинным видом.
- Тебе идет, - выдавила я с облегчением.

Как результат, сразу за общительностью проснулась гипертрофированная совестливость. И из-за этого было очень сложно оценивать Симкин внешний вид. Как я раньше могла не замечать ее яркую и неоднозначную одежду?

Затем о себе заявило сочувствие. Я стала понимать, почему рыжий паренек из нашей группы, которого звали Томом, все свое свободное время посвящал фикусу в холле. С утра Том появлялся в холле первым и до начала терапии протирал все нижние листочки фикуса, а после вечерних занятий и до отбоя – занимался верхушкой.
Теперь каждое чахлое растение на подоконниках клиники пробуждало во мне вселенскую жалость и умиление. Я выпросила у завхоза лопатку (ему потребовалось около недели на урегулирование этой просьбы у самой Шахраз) и самозабвенно вскапывала клумбу у входа в клинику. Плевать, что был ноябрь. Я терпеливо ждала первых ростков.

Потом я поняла, почему дворник отдавал мне лопату, размером напоминавшую детскую игрушку, с таким недоверием. Пессимизм, страдания и отчаяние нахлынули на меня со страшной силой. Мой день начинался с рыданий, вызванных сном, в котором на моих руках умирал бездомный котенок, и заканчивался рассказами Симки о неразделенной любви. Впрочем, меня до сих пор не интересовало, ради кого из нашей группы она прихорашивается.
Мною владели страдания в чистом виде, и было все равно из-за чего рыдать. Пусть даже любовная история Симки повторялась из вечера в вечер, я рыдала с каждым разом только сильнее.

Организм всячески пытался найти баланс чувств и мыслей, нарушенный приемом больничных препаратов. В отличие от меня, других не «снимали» со всех лекарств одним махом. Симка продолжала принимать какие-то легкие успокоительные. Она говорила, что без таблеток видит над головами других людей зеленые ромбики.

В какой-то момент я перестала рыдать и… влюбилась. Так же бездумно, как влюбляются трехлетки в детском саду. Мне ничего не было нужно, я не рвалась что-либо делать или говорить с объектом своих чувств. Я наслаждалась гармонией и бесконечным счастьем, воцарившимся в истерзанной душе.

Меня выдавала лишь глупая улыбка. И синий тапок 44-го размера в руках.

* * *


 
TrontiДата: Среда, 04.05.2011, 22:57 | Сообщение # 2
КАЗНАЧЕЙ
Группа: АДМИНИСТРАТОРЫ ГИ Попрошаек
Сообщений: 424
Репутация: 18
Статус: Offline
Это была молодая медсестра, проходившую в клинике практику для диплома или аспирантуры, в подробности мы не вдавались. Главным было, что терапии под ее руководством не так сильно тяготили нас, как с Шахраз или Иллиданом. Она вроде бы и вопросы задавала те же, что и остальные, и сидели мы те же 180 минут, но что-то было иначе. И к ней так и не приклеилась ни одна из кличек.

- Думаю, никто из вас не будет отрицать вред, наносимый организму алкоголем или наркотиками, - говорила Мария Степановна на утренней терапии.
Вокруг каменными изваяниями сидели десять пациентов и последнее, что им могло прийти на ум – это спорить.

- Пристрастие к алкоголю начинается всего с нескольких кружек пива ежедневно, - продолжала она. – Первая стадия алкоголизма может тянуться очень долго. По мнению большинства граждан, алкоголизмом страдают бомжи, бедные слои населения. Кто угодно, только не они сами. Ведь они ежедневно ходят на работу, ведут порядочный образ жизни, что такого, если вечерами им нужно немного выпить, чтобы расслабиться? Сразу записывать их в алкоголики? Вы спросите, к чему я веду?

Двери холла распахнулись.
Прошло почти две недели, и только сейчас санитары вернули рейдлидера обратно в группу. Взгляд парня был мутным и отрешенным. Говорили, что дозу успокоительных в карцере увеличивали почти в два раза.

- Здравствуй, Артем, - обратилась к нему Мария Степановна. – Нам тебя очень не хватало. Правда, ребята? Поздоровайтесь с Артемом.
- Привет, Артем, - повторили бесцветными голосами дрессированные куклы.
Стеклянным взглядом Артем уставился на тапок в моих руках. Казалось, в этот момент я забыла, что умею дышать. Санитары усадили Артема на один из стульев и ретировались.
- Итак, я продолжу, - вновь заговорила Мария Степановна. - Когда же примерный семьянин и работяга пересекает невидимую черту, после которой общество больше не сомневается в правоте врачей? Ответом будет – когда кончается мера. Уверена, многие из вас думали: «Что случится, если я поиграю еще часик? Завтра первая пара физкультура, могу и пропустить». Действительно, что такого? Все студенты прогуливают физкультуру. Но именно эта мысль – первый шаг к нарушению меры. А там, где нет меры, возникает зависимость.
Артем хмыкнул.
- Хочешь что-то сказать? – неуверенно спросила медсестра.
- Тёма, не надо, - прошептала Симка.
- Не сможет он ничего сказать, - уверенно сказал парень со светлыми локонами, исподлобья глядя на Артема. – Можем поспорить.
- В прошлый раз смог, - отозвался Том.

Даже после десятка запломбированных зубов, общего наркоза и бутылки водки вместе взятых, можно было чувствовать себя гораздо лучше, чем после нескольких дней, проведенных в одиночке.
С трудом ворочая опухшим языком, Артем прошипел:
- Вы… не…. готовы…
- Проиграл, - сказала Симка блондину.
- Прекратите, - вступилась Мария Степановна. – Артем, я не сообщу о твоем поведении, куда следовало бы. Мне безумно тебя жаль, и я не хочу, чтобы ты повторял курс транквилизаторов.
На лице парня застыла глупая улыбка.
Вскоре Мария Степановна закончила рассказывать людям с игровой зависимостью о вреде алкоголя и распрощалась до вечера.

До визита дневного врача оставалось несколько минут, и мы остались в холле без всякого присмотра. Что с медсестрой, что в одиночестве – ничего не изменилось, лишь наши позы стали более непринужденными, а лица окончательно отрешенными. До поведения школьников, оказавшихся в классе без присмотра учителей, нам было далеко.
- Ты… подумал? – снова прохрипел Артем.
- Да, - после некоторой паузы ответил блондин.
Мы молча следили за их странным общением. Видимо, это было продолжением давнего разговора.
- Зачем мне свобода, если я стану таким же овощем, как ты? – продолжил блондин. - Ты не вылезаешь из одиночки, тебе постоянно прописывают двойные порции. На долго тебя хватит? Мой метод лучше.
- Трусливый… паладин, - Артем сплюнул на пол.
- Грязный орк, - пожал плечами его собеседник. – Только какая теперь разница?

С блокнотом в руке в холл величественно вплыла матушка Шахраз.

В том мире мы играли свои роли. Рыжий Том продолжил протирать мягкой тряпкой бесконечные листочки фикуса. Симка побежала за книгой – поднимать уровень развлечения. Светловолосый паладин с обворожительной улыбкой поздоровался с Шахраз. Я сверлила взглядом завитушки на обоях, и эйфория от встречи с объектом моих страстей кружила голову.
Остальные без единого звука продолжили собирать мозаику «Белоснежка и семь гномов». Каждый паззл бездумно примеривали к желтому разъему - юбке Белоснежки. Похоже, головоломку начали собирать еще во времена самой первой смены клиники.

Артем, держась за стену коридора, поплелся в свою палату.

* * *

От Симки я узнала, что Артем попадал в карцер по КД. Поэтому, когда препараты стали его «отпускать», мы ждали, что он выкинет на этот раз. Это снова случилось на занятиях Марии Степановны.

- Вашим первым шагом к свободе от зависимости должно стать признание, - вещала она тихо. – Скажите себе, что вы зависимы. Признайтесь, что губите свою жизнь. Как только вы перестанете держаться за игры, как за последнее, что есть в вашей жизни, вы обретете свободу. Но не бойтесь остаться в одиночестве. Не бойтесь двигаться вперед и делать все то, чего вы были лишены. Игры украли у вас годы жизни, годы прекрасных мгновений. И в ваших силах вернуть это, вы молоды и полны сил. О чем вы мечтали в детстве? Разве о достижениях в виртуальном мире? Разве не смешно, что вы исследовали каждый уголок виртуального мира, когда в реальности месяцами не покидали своей квартиры, а годами – даже не выезжали из своего района?

Артем заерзал на стуле и откашлялся.

- Вижу, Артем, ты опять со мной не согласен, - устало сказала медсестра.

Паладин шумно вздохнул, прошептав: «Началось», а Симка весело подмигнула мне.

- Вы призываете нас отказаться от игр. Но ради чего нам покидать миры, в которых мы стали героями? – спросил Артем. – В отличие от вас, мы не создаем видимость участия в общественной жизни тем лишь, что раз в четыре года ходим на выборы. Мы действительно управляем своим миром. Пусть виртуальным, но он совершенство. Поэтому что может привлечь нас в вашей серой реальности? Почему вы не рассказываете нам этого, Мария Степановна?

- Я считаю, что от всего, что затуманивает разум, нужно отказываться, - стала отвечать Мария Степановна. – Игры хороши до тех пор, пока способствуют развитию или отдыху. Но тогда, когда они заменяют жизнь, нужно останавливаться. Иначе для чего тебе, Артем, даны ум и мышцы, сильное и здоровое тело? Чтобы сутками сидеть и не двигаться? Если бы твоим предназначением были игры, тебе бы хватило и половины туловища…

- За два года я наслышан о вреде компьютерных игр, - повторил Артем с нетерпением. – Но не слышал и, наверное, так и не услышу ни от кого из вас, врачей, о пользе реальной жизни!

Ого… Я отказалась бы от чего угодно, только бы не сидеть в Черном Храме целых два года. А Артем – нет. До сих пор борется за свои идеалы.

- Я не зря так часто провожу параллели игромании с алкогольной зависимостью, - не теряла надежды вразумить геймера Мария Степановна. – Сначала представь, что потерянному для общества алкоголику рассказывают о величии пирамиды Хеопса. Ему, пьяному, показывают фотографии, стараются описать ее внушительные размеры. И делают это с одним только условием, если он бросит пить, то тут же поедет в Египет, чтобы увидеть ее собственными глазами. Думаешь, он проникнется? А теперь представь обратную картину. Уставшего и довольного туриста, который только вернулся с экскурсии в отель, спрашивают: «Что вы выберете – увидеть пирамиду Хеопса – единственно существующее чудо Света – или просидеть семь дней возле бутылки водки в пустой квартире, чтобы блевать по утрам желчью?».

Кажется, даже Артема смутили яркие примеры Марии Степановны. Он не нашелся, что ответить.

- Поэтому, когда ты просишь меня рассказать о пирамиде Хеопса, при этом выбирая ослепляющий наркотик, я теряюсь. Я знаю, что ты не готов, - она улыбнулась, вспомнив, что эта фраза входила в список фраз, запрещенных в общении с геймерами. – Ты не готов слушать о реальном мире, не готов принять его несовершенство, не готов бороться против него, чтобы чего-то добиться. Поэтому ты выбираешь простой выход – стать героем выдуманного мира. Чтобы увидеть пирамиды, нужно устроиться на работу, несколько месяцев откладывать часть зарплаты, потом купить, наконец, билет и поехать. А если есть семья, то откладывать придется значительно дольше. А ведь есть еще развлечения, есть кредиты, которые надо выплачивать, есть родители-пенсионеры, которым надо помогать. Что же выбрать, если не хочется быть ответственным и взрослым человеком? Азерот для этого как раз подходит. Борьба с демонами, нежитью, драконами. 85-ый, 90-ый уровень…

И тогда Мария Степановна поняла, что как никогда раньше была близка к победе и что оступилась всего на секунду, пустившись в рассуждения.
Повисла пауза. Паладин негромко кашлянул.
- 90-ый уровень? – спросил Артем. И в этом голосе было все – и любовь, и нежность, и страх.
- Это я просто так добавила. Если есть 85-ый, то почему бы не быть и 90-тому?
Лекция, такая плодотворная и убедительная, насыщенная замечательными примерами и практически убедившая нас, молодых и упрямых, как сильно мы ошибались, - эта лекция накрылась огромным медным тазом. Мы могли храбриться и верить, что бросили и завязали. Но мы знали, если Небеса пошлют нам новый аддон любимой игры, мы припадем к нему, как алкоголик к дешевому одеколону.

Когда сконфуженная, рассерженная на саму себя, Мария Степановна закончила терапию, и мы вновь до смены врачей на несколько мгновений остались одни, в напряженной тишине зрело общее решение. У людей, долгое время привыкших ничего не хотеть, появилось желание, как цунами, сносившее на своем пути любые преграды.

- Я согласен с твоим планом, - сказал паладин, опять обращаясь только к Артему.
Артем даже не посмотрел в его сторону. Слова медсестры шокировали его, но какие именно слова сбили с него спесь, я пока не понимала. Пока не услышала то, что навсегда изменило наше дальнейшее существование в клинике.

- Тех, кто хочет получить "Первый на сервере", жду у себя в комнате после отбоя, - быстро сказал Артем.

Вошедшего в холл Иллидана Артем встретил с холодной улыбкой.

4. Побег из Дарнхольда.

- Ты собираешься идти в этом? – брезгливо спросила Симка.
Этим были мои обычные вещи: джинсы-клеш, майка и батник. Симка со вздохом расправила рюши на подоле своего цветастого платья. Она даже казалась выше, неужели – каблуки? Они ведь запрещены в наших застенках.
- Нет, я просто хожу на носочках, - прочла мои мысли Симка. – Не могу же я пойти в тапочках! И ты тоже переодевайся. Нечего меня позорить!

Слышать моих криков она не хотела. Из бездонного гардероба появилось шелковое платье глянцево-сливового цвета, но Симка безнадежно покачала головой. Я готова была провалиться на месте. Пусть она прихорашивается для своего любимого, но мне-то зачем? Нас с Артемом объединяет совершенно другое – он взял меня в рейд. Но как ей, любительнице «Симсов», это объяснить?

- Кстати, я еще глаза подвела, видно? – доносилось из шкафа. – Это девочки с третьего этажа карандаш передали. Жаль, что лак для ногтей проворонили. Представляешь, Ленка пошла выпускной сдавать с накрашенными ногтями! В итоге - сдала весь этаж с потрохами, Шахраз тогда такой шмон устроила. А Ленка осталась на второй год.
- Выпускной сдавать? – переспросила я, прервав Симкин поток сознания.
- Ага. Раз в год твои мозги основательно проверяют. Выясняют, готова ли ты к встрече с обществом или еще посидеть надо. Так спрашиваешь, как будто… Ты что, еще не проходила выпускной? - голос Симки дрогнул.
Я покачала головой.
- Я вообще-то недавно здесь.
Симка рывком захлопнула дверцы шкафа.
- Не знаю, что тебе предложить, - пробормотала она. - Я блондинка, ты – брюнетка, вряд ли тебе что-то подойдет.

Артем находился здесь два года, неужели Симка больше? Что я вообще знала о ней? Ни черта. Даже ее настоящим именем не интересовалась. Она носит яркую одежду, читает один и тот же роман, других книг я у нее не видела, живет в палате номер двадцать три. Все! Всего за несколько месяцев таблетки превратили меня в индифферентную амебу. Почему же она в течение нескольких лет (а я чувствовала, что речь не идет о месяцах) все еще наряжается, краситься, любит кого-то?

Я и в обычной-то жизни не отличалась веселым настроением. Нагрубить с утра родителям? Легко. Закончить день хамством? Запросто. Сегодня мне некогда наслаждаться жизнью, у меня тухлая блестящая рыбка не ловится, отстаньте от меня… Или все дело в том, что она оказалась здесь из-за Sims? Вот уж не знала, что они дарят больше положительных эмоций.
Совестливость еще не отпустила меня, и я была готова надеть что угодно из ее запасов, но вдруг кое-что остановило меня.

- Ты разве блондинка? – осторожно спросила я.
Симка рассеяно провела рукой по темному ежику на голове.
- Когда-то была… Все привыкнуть не могу. Знаешь, нам пора, - заторопилась девушка.
- Плевать, - отмахнулась я. - Как тебя зовут? Сколько тебе лет?
- Не надо, - сказала Симка, отстраняясь. – Пойдем. Артем очень любит обсуждать ваш Варкрафт. Тебе будет интересно.
- Хочешь, я о себе расскажу?…
- Нет! – остановила она меня криком. – Ты уйдешь. Самое меньшее уйдешь через год, а может и раньше. А я останусь одна. Опять. Не надо дружить со мной. Будь такой, какой ты есть сейчас.
- Психованной эгоисткой?
- Мне подходит, - пожала плечами Симка. – До тебя была очень общительная девочка. Когда уходила, обещала письма писать, открытки слать.

Все рано или поздно уходят из Черного Храма. Все, кроме нее. Но кто же ей тогда может нравится?
- А могу я хотя бы спросить, в кого ты влюблена?
Симка усмехнулась.
- С чего ты взяла, что я люблю кого-то?
- Твои беспокойства «Заметит ли он?», «Понравится ли ему?». И эти твои истории… Ты ведь рассказывала, я же помню…
Ее насмешливый взгляд остановил меня.
- Каждый слышит то, что хочет, - изрекла она. – Я ни в кого не влюблена. В отличие от тебя. Пошли. И тапочек не забудь.

* * *

Легко было сказать: «Жду вас у себя после отбоя». Каким-то образом Артем подзабыл изюминку нашего местоположения, в котором выход за дверь собственной палаты после отбоя был сродни самоубийству. Это было, как в классическом Варкрафте самостоятельно делать цепочку квестов на молот Ан-Киража. Или как оставлять заявку на прием в топовую гильдию в сине-зеленом шмоте. Одним словом – безнадежно.

Для начала нужно было бесшумно открыть деревянную дверь палаты. Любая попытка заканчивалась леденящим душу скрипом. Опытные заключенные проносили из столовой кусочки сливочного масла, но об этом мы узнали гораздо позже. В этот раз, благодаря тонким девичьим фигурам, нам все же удалось почти бесшумно проскользнуть в коридор.

Как разбойники в невидимости, осторожно ступая, мы крались вдоль стеночки к палате Артема. В глубине коридора возле выхода на главные лестницы несла свою службу дежурная медсестра. Вокруг нее неровными стопками возвышались истории болезни. В этот вечер у медсестры было дел невпроворот. Ее сменщица за свое дежурство не заполнила все необходимые формуляры. Закрыв настольную лампу медицинской картой и уронив голову на сложенные руки, медсестра «работала» в поте лица. По утру неразборчивым почерком и в спешке она заполнит около тридцати личных дел и успешно сдаст смену следующему постовому.

По большому счету люди, из-за препаратов не способные даже к логическому мышлению, в Цербере не нуждались. Но иногда за восемь часов сна разум освобождался от контроля успокоительных и «радовал» такими реалистичными кошмарами, что от криков просыпалась половина отделения. В таких случаях Церберы были незаменимы.

В дверях двадцатой палаты предусмотрительно стоял стул, что позволяло не создавать лишнего шума при появлении очередного гостя. Мы были последними. Когда мы с Симкой перешагнули через стул (Симке в длинном платье удалось сделать это с третьего раза), из темноты вынырнул Артем, махнул рукой, чтобы мы шли дальше, и закрыл за нами дверь. Спинку стула он приставил к дверной ручке.

В комнате было невероятно темно. Обостренный слух улавливал чье-то сопение, а шестое чувство подсказывало присутствие как минимум троих. Артем щелкнул выключателем, и только через секунды я смогла оглядеться. Окно было плотно занавешено одеялом, двери – тоже. На подоконнике, кроватях и стуле сидела вся наша группа. Удивительно, что все всерьез приняли приглашение Артема. К тому же из всех только я была «чиста», и как остальным удалось побороть себя и показать силу воли, я могла только догадываться. Не смотря ни на что, группа высоко ценила неудачливого рейдлидера. И только сейчас я стала понимать, насколько серьезным промахом были слова Марии Степановны о 90-том уровне.

- Всем добрый вечер, - заговорил Артем, присаживаясь спиной к двери. Публичных выступлений он явно не боялся. – Рад, что вы пришли. Среди нас есть новенькие, и хотя многие из вас уже знакомы, нам придется познакомиться по новой. Это будет гораздо проще, чем на групповухах, - с улыбкой сказал он.

- Это он про групповые терапии, - прошептала мне на ухо Симка. – Сейчас вы будете рассказывать о своих достижениях, шмоте, рейдовом опыте. Я говорила, тебе понравится.

- Начну с себя, - сказал Артем. – Филимон, воин 80-го уровня, рейдлидер и ГМ гильдии «Эвекзис», всю сознательную жизнь провел на Warsong’e. Из русских серверов выбрал Страж Смерти. Гильдия до последнего дня отказывалась переезжать. Мы не верили в закрытие серверов, боялись резерваций только для русских, - он усмехнулся. – Кому сейчас расскажешь, не поверит. Это теперь русских серверов больше 20-ти штук, вначале их было от силы три-четыре. За очками достижений не гнался, водил рейды и одевал рейдовый состав. Рейды были ежедневно, с девяти вечера до часу ночи. Ачивками серьезно заморочились только один раз. Когда получали достижение «Бессмертный» в Наксрамасе. Двадцать пять человек, жесткий контроль, нервы натянуты... Это потом, в Ульдуаре, любой босс засчитывался, а тогда – нужно было сделать за один поход, чтобы ни одной смерти за весь сейв. Сколько гильдий не выдержали этого достижения, сколько людей переругались из-за глупых вайпов. Это было настоящей проверкой на прочность коллектива, на умение слажено играть. Мы стали бессмертными. Мы получили черных протодраконов, и это было настоящим прорывом, а маунты - большой редкостью. Только месяцы, проведенные за тактиками, просмотрами видео, чтением форумов, потраченные нервы… Всего этого я не учел. И оказался здесь.

Я смотрела на него, не отрывая глаз. Артем, Филимон – зовись ты, как угодно, только продолжай говорить. Мне казалось, я слышу его требовательный голос в Вентрилле, его крик: «Где хил?!» или «Маги, не спите, овцуйте!». В моменты рейдов его можно было ненавидеть за бескомпромиссность и за строгость. А после рейдов с ним можно и по душам поболтать, и твинков вместе покачать.

Я по-прежнему была неразрывно связана с Варкрафтом. Вырывай его калеными щипцами, трави его лекарственной химией, все равно. Стоит услышать заветные слов: «рейд», «ачивки», «Наксрамас», - мое тело, даже против моей воли, поднимется из гроба и пойдет покупать тайм-карту. Восставшие из Ада ради Варкрафта, ради шутера, радии Sims, ради онлайновой фермы с нарисованными овощами.

Мы были безнадежны.

* * *

Паладин, с которым Артем постоянно пререкался и который оказался его соседом по комнате, сидел в противоположном от Артема углу и медленно хлопал в ладоши.
- Браво, - подытожил он исповедь Артема. – Теперь все усилия, потраченные на лечение этих людей, пошли насмарку.

Все время, что говорил Артем, в темно-синих глазах паладина презрение чередовалось с усмешкой. Не было в клинике более разных людей, чем они, как внешне, так и по характеру. Делавер был высоким и стройным, а любые его движения только казались небрежными. Его красивое лицо несколько портила напускная леность, с которой он часто читал книги или говорил с медсестрами. Артем же, коренастый и крепкий, встряхнув копной жестких темных волос, готов был, не задумываясь, идти против всего медперсонала клиники и никакое наказание не страшило его. Чувствовалось, что соседи по комнате потратили на разговоры очень много времени и теперь надоели друг другу по самое не могу. Любая реплика собеседника вызывала что у одного, что у другого если не смех, то надменное выражение лица, как минимум.
Но главным их отличием было то, что Артем был за Орду, а Делавер был настоящим, как с картинки, паладином Альянса. Таким мог быть принц Артас, когда он только вступил на путь Света.

- Мы психи, господа и дамы, - оглядев нас, сказал Делавер. – Подпольные сборища, ностальгия по фиолетовым пикселям и количеству очков достижений – это психоз чистой воды.
- Что же ты потерял тут? – елейным тоном спросил Артем.
- Потому что еще не готов возвращаться, - с достоинством ответил Делавер.
- Делавер очень жалеет, что его девушка не дождалась, - сообщил Артем присутствующим.
- Я жалею только о том, что когда-то называл тебя другом, - беззлобно парировал паладин.

В очередной раз они слышали и видели в этой заполненной людьми комнате только друг друга.
- Хватит вам, - рявкнул парень, сидевший рядом с Артемом. – Фил, ты нас не для этого собирал.
Во взгляде Артема читалось: «Все равно последнее слово будет за мной». Делавер ответил ему тяжелым вздохом, поэтому парень взял инициативу в свои руки.

- Меня зовут Пашпати, орк-охотник, - начал он. - Некоторое время я тоже состоял в «Эвекзисе». «Бессмертного» мы делали вместе с Филом, но потом его персонаж внезапно исчез из онлайна, и гильдия стала разваливаться. Без Фила рейдовый прогресс застопорился. Вот и пришлось искать другую гильдию. Опыт у меня был приличный, поэтому я без труда попал в топовую гильдию «Поролон». Потом оказался здесь. И теперь мы с Филом снова в одной гильдии, - улыбнулся охотник.
- Так, а за что попал сюда? – не поняла я.
Они с Артемом снисходительно переглянулись, и Пашпати (которого звали Пашей, а ник был взят из индуизма) ответил:
- Я ведь сказал уже – попал в топовую гильдию. Когда появлялись новые подземелья, мы рейдили практически сутками. Иначе по прогрессу гильдия скатиться в конец списка. В первые дни нового контента главное вырваться вперед, а потом – где-то через месяц – можно будет и отдохнуть. Ну, а по мелочам… Сделал все достижения, - с гордой улыбкой сказал он.
Тогда-то я его и узнала.
- Даже редких рыб выловил, - тихо повторила я слова, услышанные от парня в первом блоке.
- Это да, - светился Паша. – Очень люблю рыбалку.
А мне он с каждой минутой нравился все меньше. И самое странное, что сидящий рядом Артем тоже терял ореол притягательности. Я протянула Артему его тапочек, и он с неизменной улыбкой принял его обратно.

- А ты новенькая, - сказал Артем. – Как попала сюда?
Сбиваясь и краснея, я рассказала свою историю. Паша даже ухом не повел, когда я говорила о рыбалке, а я по-прежнему не могла простить его суеверие и утаенный ритуал, который позволил ему поймать блестящую рыбку, будь она проклята.
- На долго сюда? – спросил Делавер.
В иной ситуации я могла бы отшутиться, но растерялась из-за направленных в мою сторону взглядов, поэтому только пожала плечами.
- Домой-то хотя бы хочется? – уже с нажимом спросил паладин.
- Отстань от девушки, - вступился Артем. – Конечно, хочется. Ей еще достижение «Океанолог» нужно доделать.

Казалось, это было последней каплей в терпении Делавера. Он спрыгнул с подоконника и направился к дверям.
- Бежишь, защитник Света? – сразу же отреагировал Артем.
У самой двери Делавер остановился.
- Я всегда говорил, что не разделяю твоих методов, - быстро заговорил паладин. - Ты такой же упертый, как ганкеры в Тернистой Долине. Но то, что хорошо для тебя, не подходит для всех. Внимание! Внимание! - театрально объявил он. - Артем хочет устроить побег! Насмотрелся фильмов, возомнил себя героем. Но больше половины всего времени он провел в карцере на удвоенной дозе успокоительных. И думаю, помешался окончательно. Поэтому хорошенько подумайте прежде, чем принимать его предложения.

- А ты так и не нашел выхода из этой ситуации! – взвился Артем. – Я не хочу просидеть здесь ни одного лишнего дня, поэтому делаю, что могу.
- Я предлагал и не однократно, - спокойно возразил паладин. – Но мой план слишком хитрый и сложный, для такого твердолоба, как ты.
- Если вы закончили, то мы продолжим, - снова встрял Паша. – Нам бы еще поспать этой ночью, а не только вас слушать.
Без лишнего шума Делавер отодвинул стул и вышел в коридор.
- А где он спать будет? – спросил Том.
- В незаселенных палатах, - отмахнулся Артем. И помолчав, продолжил: – Да, я собрал вас здесь, чтобы предложить ни много, ни мало план побега. - Голос парня дрожал от злости. – Только этот олень, как обычно, все испортил.

- Разве это возможно? – спросил еще один новенький.
- А ты за что «сел»? – окинул его взглядом Артем.
- Шутеры, стрелялки. Не мог мимо строек и подъездов ходить. Даже ствол приобрел. В тир ходил, по банкам на пустырях упражнялся.
- За это теперь в психушки сажают?

Без особого желания Валера все же рассказал, как однажды у него «снесло крышу». Как заядлый спецназовец, он выбил ногой дверь соседской квартиры и ворвался внутрь с заряженным пистолетом наголо. Застал соседку вместе с ребенком на кухне, учинил погром, угрожал «выпустить всю обойму в этого орущего младенца», если ему не выдадут секретные схемы. Потом он, как ни в чем не бывало, ушел в свою квартиру и продолжил играть, пока не прошел уровень и не добыл искомые секретные схемы. Когда на следующее утро его забрала милиция, о поисках виртуальных схем в реальной квартире он ничего не помнил. Его даже судили, но адвокат доказал, что у него игровая зависимость, помутнение разума и лечение в подобной клинике будет лучшим решением, чем тюрьма.

Рисованный мир Варкрафта и его сказочные монстры как-то поблекли после такого рассказа. Я не могла даже представить, что в Варкрафте могло сравниться той же степенью жестокости. Даже многочасовой, целенаправленный ганк первых левелов был детсадовским, невинным развлечением.
Улыбка сползла даже с лица Артема.

- Что ж, - он взял себя в руки и продолжил. – Если вы не убежали следом за нашим доблестным паладином, значит, с основной идеей моего плана вы согласны.
- Я могу достать пушку, - подал голос Валера. – Тогда побег будет проще.
- Думаю, пока не стоит.
- А тебя милиция искать не будет? – впервые за весь вечер спросила Симка и, клянусь, в ее голосе были слышны кокетливые нотки. Неужели, Валера был для нее тем самым?
Валера задумчиво почесал стриженный под ноль затылок.
- Если чистый ствол достать, то – наверное, нет. Сложнее будет наладить отсюда контакты с продавцами…
- Я не об этом - ослепительно улыбнулась Симка, - если ты сбежишь отсюда, тебя ведь искать будут гораздо серьезнее, чем всех нас?

Вряд ли Артем был готов к тому, что в его комнате в сочетании со сладким словом «побег» когда-нибудь прозвучит и отрезвляющее слово «милиция», но теперь, когда в его команде появился Валера, которого явно не пугали приключения, это было реальным.

- Стоп, погодите. Валера, никаких стволов без моего разрешения. Симка, никаких вопросов о милиции. Для начала нужно хорошенько подготовиться и на это может уйти ни мало времени. Подробный план я расскажу в следующий раз. На сегодня и этого достаточно. Есть вопросы?
- Да, - сказала я. – Том, а ты почему оказался здесь?
Всегда тихий и спокойный Том мягко улыбнулся, услышав свое имя.
- Вообще, меня тоже зовут Артем. Но, чтобы нас не путать, меня решили звать Томом. А увлекался я фермой. У меня было три свиньи девятого уровня, пять собак – десятого, очень много грядок с кукурузой и я собирался расширяться…

Валера, позабыв о конспирации, заржал от души. Том смутился и замолчал.
- Настоящие деньги тоже тратил, да? – понимающе спросила я. – На ферму-то.
- Приходилось, - пожал плечами Том.
- Том не любит рассказывать о том, что воровал драгоценности у мамы, выносил из дому все ценное, чтобы свои грядки с кукурузой оплатить, - ввернула Симка, а покрасневший Том опустил глаза долу.
- Том, и долго ты тут находишься?
- Всего четыре месяца, - все еще рассматривая носки собственных тапочек, ответил парень.

Я видела, как изменился в лице Артем. Наверное, он бы многое отдал, чтобы поменяться с Томом местами. Он был готов продавать мамины сережки, если бы мог вернуть себе потерянный в мягких стенах карцера год.

- Еще вопросы будут? – отчеканил Артем, и я замотала головой. – Значит, считайте, что все мы теперь в рейде. Координировать действия буду я. Без моего разрешения никаких действий самостоятельно не предпринимать, о наших планах, где попало, не трепаться. Завтра на дежурство заступит принципиальная медсестра. С ней ночью по коридорам не походишь, поэтому следующую встречу назначаю на послезавтра. В то же время после отбоя. Не расслабляйтесь и соблюдайте конспирацию.
Зевая, мы стали подниматься и по одному уходить в темный проем коридора к своим палатам.

- Неправильный у тебя рейд, - тихо сказал Паша Артему.
- Почему это?
- Единственный хилер был и того ты потерял.
Я не могла поверить, что они говорили всерьез. Но Артем рассердился так, будто наши игровые классы имели немаловажное значение в клинике.
- Делавер вернется, - сухо ответил он.
- На треше мы без него справимся, - не слушал его Паша, - но когда на Иллидана пойдем, то без хилера будет туго.
- Будет тебе хилер! - совсем разозлился Артем и неожиданно заметил меня с Симкой в коридоре. – А вы чего еще не ушли?
- Спокойной ночи, - улыбнулась я, и мы шагнули в темноту.

Странный план побега был неполноценным без своенравного паладина Делавера (который, кстати, единственный среди нас предпочитал прозвище реальному имени). Интересно, что Паша называл «трешем»? Медсестер? И как Артем собирался вести свой рейд на Иллидана, если речь шла о главвраче? Не воспользуется же он, в самом деле, контактами Валеры. Мне стало не по себе.

Симка щебетала и порхала, как птичка, переодеваясь в розовую пижаму. А я долго лежала с открытыми глазами, пытаясь решить уравнение с одними только неизвестными. Чему равен икс я так и не нашла, выспаться мне не удалось, и на следующее утро я была мрачнее тучи.

Автор: portishead с ВОХ.РУ - 2011 год -


 
TrontiДата: Четверг, 05.05.2011, 00:06 | Сообщение # 3
КАЗНАЧЕЙ
Группа: АДМИНИСТРАТОРЫ ГИ Попрошаек
Сообщений: 424
Репутация: 18
Статус: Offline
Фанфики. Они помогают окунутся игроку в атмосферу WoW посредством чтения. Некоторые из них могут второсортным чтивом, некоторые просто выплеском эмоций на бумагу, но некоторые из них написаны действительно с любовью или хотя бы почтением к World of Warcraft. Однако не будем забывать, что в забугорной Америке, за тысячу и тысячу световых лиг от наших заснеженных просторах, усеянных кроваво-красными всполохами клюквенных зарослей компания Blizzard нанимает легионы англоязычных авторов для написания точно таких же фанфиков, которые диктуют разработчикам официальный ЛОР и из которых потом лепятся красивые квесты, боссы, рейды и сам WoW. Ну, а потом конечно наша школота не доедает и с завтраков копит на новые книжки по WoW.

"Неправильный Рейд" - шедевр таланта portishead, гениальный рассказ, достойный быть напечатаным, жаль, что компания Blizzard, имей на это право, опубликовало бы его лишь под дулом огромной адской всепожирающей пушки. Юмор, ирония, аналогия, яркие образы! Запоминается, цепляет!


 
КассандраДата: Суббота, 04.06.2011, 20:33 | Сообщение # 4
Группа: СПОДВИЖНИКИ Гильдия Попрошаек
Сообщений: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Привет гильдии от автора smile спасибо, что выбрали наши произведения с Мастерской Воха, читателей русскому фандому по Варкрафту очень и очень не хватает.

От меня, конечно, отдельное спасибо smile "Рейд" уже дописан - получилось девять глав, весь текст есть в Мастерской, но Воха, увы, опять в коме, поэтому, если кому интересно вот: http://ficbook.net/readfic/15067
Весь "Неправильный рейд", там же есть ссылка, чтобы скачать весь рассказ в доковском файле.

Еще раз спасибо за выборку. Было приятно smile
 
БродданДата: Понедельник, 06.06.2011, 11:26 | Сообщение # 5
Группа: СПОДВИЖНИКИ Гильдия Попрошаек
Сообщений: 27
Репутация: 4
Статус: Offline
Думаю что успех подобных игр в том, что они полностью повторяют жизнь…только быстрее.
Мы растём набираем уровень, прокачиваемся в профессиях получаем ачивки. Всё как в вов. Только быстрее и безболезненно.
Я вот что бы сделать + 1 силу месяц хожу в фитнес. )

Про рассказ:
Сам слог немного сложноват. Напомнило Уллиса. Не скажу что это плохо, просто ждал чего-то фанового. Предпочитаю рассказы на основе лора.
Работа достойная и найдёт позитивную критику – это 100%.
А тема… тема – злободневная. )) Особенно для человека который пошёл на Хранителя мудрости.
 
Форум » ЖИЗНЬ ГИЛЬДИИ » RP: ЭВЕНТЫ » "Неправильный Рейд" (Автор: portishead)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

Copyright MyCorp © 2021Создать бесплатный сайт с uCoz